– Морду набил продавцу? - радостно взвизгнул Алешка.

– Алексей! - одернула его мама. - Выбирай выражения!

– Ну лицо! Лицо набил.

Мама подумала секунду и сказала тихо:

– Нет, все-таки - морду.

Папа взглянул на маму - не то осуждающе, не то одобрительно.

– И что ему будет, твоему сотруднику? - спросила мама. - Я бы ему премию дала.

Папа покачал головой:

– Так бы все обошлось, да он не только торговца проучил, но и покупателя.

– Ну и молодец! - вырвалось у мамы.

– Молодец, конечно… Но вот покупатель-то оказался иностранцем.

– Немец небось? - спросил адмирал сердито.

– Да, - кивнул папа, - внук того солдата, который воевал с нашими солдатами. Ему, видите ли, очень хотелось иметь такой сувенир, на память о метких немецких пулях… Ну, ничего, мы своего парня в обиду не дадим. Если надо - до министра дойду.

В комнате стало тихо, а потом вдруг мама ахнула:

– Батюшки! Второй час! Еще раз пьем чай и - спать!

– С конфетами? - спросил папа.

– С оленями, - вздохнула мама, разглядывая пустую коробку.

– Да, - вздохнул и Алешка с сожалением, - один олень остался. Не очень съедобный.

В прихожей, куда мы все вывалились, Алешка впился глазами в кортик. Адмирал понял его, вытащил кортик из ножен.

– На, полюбуйся.

Алешка бережно взял оружие в руки. Вздохнул прерывисто: кортик был хорош!

– Мне его командующий флотом вручил, - похвалился адмирал. - На палубе крейсера. Под салют. Мне тогда тринадцать лет исполнилось.

– Рассказали бы, Егор Иванович, - предложил папа. - Молодежи полезно.

– Обязательно расскажу, - пообещал адмирал. - В другой раз. Для меня этот кортик - самое дорогое в жизни. Дороже всех наград. Слава богу, что его тогда не украли.

– А вот это что? - спросил Алешка, протягивая адмиралу кортик. - Цифирки какие-то? Чей-то телефон? Мобильный номер?